[Рецензия] И.Э. Левит. Бессарабский вопрос в контексте международных отношений (1919–1920 гг.). Тирасполь, 2012. 237 с.

Category:

Славяноведение, 2015. № 1.

Автор монографии Изяслав Эликович Левит является крупным специалистом по истории Молдавии, Румынии и международных отношений в межвоенный период и годы Второй мировой войны. Автор более 150-ти научных и научно-популярных работ. В 1990-е годы эмигрировал в США, где продолжает плодотворно трудиться. В своих исследованиях большое внимание он уделяет изучению бессарабского вопроса. По этой теме за последние пятнадцать лет им опубликован ряд новых монографий, таких как «Движение за автономию Бесарабии в 1917 г.» (Кишинёв, 1997), «Молдавская Демократическая Республика» (Кишинёв, 2000), «Год судьбоносный: от провозглашения Молдавской республики до ликвидации автономии Бессарабии (ноябрь 1917 – ноябрь 1918 г.)» (Кишинёв, 2000) и др. В последнее время он активно включился в исследование истории Холокоста в Румынии и на оккупированных ею в годы Второй мировой войны территориях Советского Союза.

Рецензируемая монография посвящена анализу международных отношений в годы Первой мировой войны в период оккупации войсками Четверного Союза (Германия, Австро-Венгрия, Турция и Болгария) большей части территории Румынии и после его поражения в октябре – ноябре 1918 года.

110


В работе подробно рассмотрены проблемы, связанные с обсуждением бессарабского вопроса на Парижской мирной конференции 1919–1920 гг., и советско-румынские отношения.

В исследовании автор опирается на широкий круг источников: опубликованных и архивных материалов, ранее не известных документов, широко использует прессу того времен. Это позволило ему глубоко проанализировать исторические события и процессы, ввести в научный оборот малоизвестные факты, сделать обоснованные выводы, что в условиях весьма односторонних оценок со стороны румынских историков, обоснования ими прав Румынии на Бессарабию (часть территории бывшей российской империи, входившей в состав России более ста лет) представляет для историографии и общественного мнения особый интерес.

Первая глава книги посвящена предыстории Парижской мирной конференции. Автор подчеркивает, что на ход обсуждения державами Антанты на Парижской мирной конференции вопроса о Бессарабии негативное влияние оказывал тот факт, что Румыния, вступившая в войну в августе 1916 г. на стороне Антанты, 24 апреля (7 мая) 1918 г. заключила сепаратный мирный договор с Четверным союзом, нарушив тем самым союзный договор с Великобританией, Францией и Россией. Более того в декабре 1917 г. – январе 1918 г. она ввела свои войска на территорию Бесарабии, а позднее и на территорию Буковины, по сути, оккупировав эти земли, хотя договором 1916 г. не была предусмотрена передача ей ни Бессарабии, ни Буковины. Чтобы расположить к себе Союзные державы, Румыния объясняла эту акцию «необходимостью борьбы с большевизмом» (с. 12–13, 25). И союзники впоследствии по достоинству оценили «вклад» Румынии в борьбу с Советской Россией.

И.Э. Левит рассматривает в тесной взаимосвязи события, происходившие в Бессарабии и Буковине. Анализируя национально-территориальный вопрос, он подчеркивает, что сложность этносоциальной структуры населения, как в Бесарабии, так и в Буковине влияла на политическую ориентацию партий и движений и выбор ими будущего государственного статуса этих земель. Неоднородное по национальному составу население Буковины разделилось после поражения в войне Австро-Венгрии, в состав которой Буковина входила вплоть до 1918 г., на два лагеря: украинцы Северной Буковины тяготели к Украине, а румынское население, преобладающее в Южной Буковине, стремилось к объединению с Румынией. Поэтому там появилось несколько политических движений, каждое из которых предлагало свой вариант решения территориального вопроса: от присоединения к Украине или Румынии до создания совместно с Трансильванией единой автономной области в составе федеративной Австрийской монархии (с. 11–12). Однако 15(28) ноября 1918 г. в обстановке осадного положения, объявленного в связи с вступлением румынских войск на территорию Буковины, Генеральный конгресс, собравшийся по инициативе «Румынского национального совета», провозгласил присоединение Буковины к Румынии (с. 14).

Еще более сложная обстановка, как показывает автор, складывалась в Бессарабии. Российско-румынское соглашение от 5–9 марта 1918 г., подписанное главой румынского правительства А. Авереску, по которому Румыния обязывалась вывести свои войска в двухмесячный срок с территории Бесарабии, было сорвано Румынией, и румынские войска продолжали оставаться в этом крае. 27 марта (9 апреля)1918 г. «Сфатул Цэрий» (Совет страны) объявил о вхождении Бессарабии в состав Румынии на правах автономии, а 27 ноября (10 декабря) – без всяких условий. Однако часть членов «Сфатул Цэрий» выступила против этого акта. Левит ссылается на протест десяти его членов против этого решения. В акте-протесте они писали о том, что решение «Сфатул Цэрий» от 27 ноября принималось в условиях «невиданного и недопустимого политического шантажа, насилия и фальсификации» (с. 22). На самом заседании не было кворума (присутствовали 48 из 162 членов), и резолюция о присоединении Бессарабии к Румынии принималась, когда в зале находилось всего 46 человек. До этого из состава Совета под нажимом румынских властей выбыло 18 его членов, главным образом, из крестьянской партии и фракции национальных меньшинств, которые выступали против вхождения Бессарабии в состав Румынии, а вместо них были кооптированы «надежные люди»; ряд членов «Сфатул Цэрий», такие как В. Рудьев, Т. Которос, В. Прахницкий, В. Чумаченко, которые на Третьем крестьянском съезде Бессарабии высказались против оккупации румынскими войсками Бессарабии, были расстреляны (с. 22). Левит показывает широкое движение среди различных слоев населения против политики румынских властей в Бессарабии, в том числе и в связи с присоединением Бессарабии к Румынии. Он опровергает утверждение румынских и кишиневских историков (В.Ф. Добри-неску, О. Цыку) о том, что вышеназванные решения, обосновывающие правомерность присоединения Бессарабии к Румынии, можно считать «плебисцитарными», «спонтанными плебисцитами». В подтверждение своих выводов автор монографии цитирует письмо известного политического деятеля Румынии Н. Титулеску, направленное в начале Второй мировой войны румынскому королю Каролю II, в котором отмечается, что плебисциты для того, чтобы они приобретали силу международного права, должны проводиться в условиях свободы, а не применения военной силы (с. 24–25).

111


Кроме того автор подробно анализирует неизвестную ранее «Записку-меморандум» Комитета (Союза) освобождения Бессарабии, который из-за преследования румынских властей перебрался в Одессу. Записка была подготовлена к 1 января 1919 г. для предоставления ее Союзным державам (с представителями которых члены комитета поддерживали связи) и делегатам будущей международной конференции. Содержание записки сводилось к тому, чтобы доказать несостоятельность исторических, национальных и формальных мотивов, которые Румыния выставляла в качестве аргументов, чтобы обосновать свои притязания на Бессарабию (с. 35). В документе отмечалось, что в состав комитета входят общественные и политические деятели без различия партий, «тесно связанные с Бессарабией и болеющие за ее нужды» (с. 71). Этот документ также лег в основу выступлений деятелей российской белой эмиграции, участвовавшей в обсуждении бессарабского вопроса на Парижской мирной конференции. Заметим, в связи с этим, что официальные представители Советской России не были допущены на конференцию. Однако, чтобы подкрепить позицию Румынии, в Париж прибыла делегация распущенного ранее «Сфатул Цэрий», добивавшаяся «безусловного» присоединения Бессарабии к Румынии.

Во второй главе монографии И.Э. Левит рассматривает международные и внутриполитические условия, в которых находилась Румыния в дни работы Парижской мирной конференции. Правительства западных стран, напуганные ростом революционных выступлений в Западной Европе, прилагали все усилия, чтобы ликвидировать власть большевиков и расчленить территорию Советской России. С этой целью в борьбу с Советской Россией активно подключались Румыния и Польша. В самой Бессарабии разгул террора и насилия румынских властей привел к крупному Хотинскому восстанию, жестоко подавленному силами румынской армии. Бессарабская политическая эмиграция, находившаяся в Одессе и ориентирующаяся в основном на Францию, поставила вопрос о проведении плебисцита в Бессарабии под контролем западных держав и призвала их не признавать присоединение Бессарабии к Румынии. Не собиралось отказываться от Бесарабии и советское правительство, особенно в связи с революцией в Венгрии, которая крайне нуждалась в реальной помощи со стороны Советской России. Однако сложные международные условия, совместные усилия Румынии и западных держав в борьбе против Советской России, резкое ухудшение положения на фронтах Гражданской войны в самой России, интервенция на юге России и Украине не позволили советскому правительству предпринять конкретные меры для выполнения этих задач.

Румынские правящие круги и особенно премьер-министр Брэтиану проявили чрезвычайную активность, чтобы убедить представителей западных держав поддержать претензии Румынии на Бессарабию. Румынская делегация особый упор делала, как и прежде, на том, что «Румынии суждено оставаться точкой объединения против большевиков» с тем, чтобы она была в состоянии справиться с большевистской опасностью, «исходя не только из своих интересов, но и в интересах всей Европы и даже всей цивилизации» (с. 71).

Однако на самой конференции отношение союзников было весьма сдержанным. В работе Левита рассматриваются причины, по которым решения по территориальным вопросам затягивались: это и упоминавшийся выше сепаратный договор с Германией, аннулировавший союзный договор со странами Антанты, это и надежды на победу белогвардейцев в России, выступавших за единую и неделимую Россию, это и затягивание со стороны Румынии принятия гарантий в отношении прав национальных меньшинств и требований Союзных держав вывести румынские войска с венгерских территорий.

В третьей главе монографии подробно рассматривается ход обсуждения бессарабского вопроса на Парижской мирной конференции, анализируются позиции Союзных держав по бессарабскому вопросу, различия в точках зрения делегаций. Так, если Франция активно поддерживала Румынию, позиция США в лице министра иностранных дел Р. Лансинга была не однозначна. Лансинг считал, что обсуждение вопроса о территориальной принадлежности Бессарабии

112


в отсутствие делегатов от России не приемлемо (имея в виду представителей Белого движения). Но, как известно, российская эмиграция и руководители Белой гвардии выступали против присоединения Бессарабии к Румынии. Лансинг также предложил провести в Бессарабии плебисцит, на что Брэтиану ответил категорическим отказом (с. 100–105, 118, 168). 19 июня 1920 г. США объявили об отказе участвовать в работе конференции. Необходимо учитывать, что деловые круги Великобритании были заинтересованы в развитии экономических связей с Советской Россией (с. 144, 145). Поэтому английская делегация предложила отложить решение вопроса о Бессарабии. Разногласия между Союзными державами привели к тому, что вплоть до конца 1919 г. вопрос об окончательном определении и признании державами-победительницами послевоенных границ Румынии не был решен.

И.Э. Левит отмечает, что вопрос о послевоенных границах Румынии, который решался на Парижской мирной конференции, был гораздо более широким, чем вопрос о Бессарабии, и касался неурегулированности территориальных проблем с другими соседними государствами. Поэтому вопрос о национальных границах Румынии должен был решаться Союзными державами в комплексе с определением границ других государств. Как показал в своей работе Левит, на решение вопроса о Бессарабии оказывало влияние и развитие российско-румынских отношений, которые подробно анализируются автором. В обстановке контрнаступления польских войск и угрозы удара с юга армии П.Н. Врангеля Москва стремилась нейтрализовать Румынию, усадив ее за стол переговоров. Но Румыния всячески уклонялась от мирных предложений советского правительства и занимала в целом враждебную Советской России позицию (с. 172, 174, 177–183, 187). В этих условиях 28 октября 1920 г. был подписан документ, получивший название Парижский (Бессарабский) протокол о присоединении Бессарабии к Румынии. Документ подписали представители правительств Англии, Франции, Италии, Японии и Румынии. Среди подписавших государств отсутствовала подпись представителя США.

Автор подробно анализирует Парижский протокол и обращает внимание, например, на ст. 7, согласно которой стороны признавали, что «устье Дуная, именуемое Килий-ским рукавом, должно перейти в юрисдикцию Европейской Дунайской комиссии, в чем естественно, были заинтересованы Англия и Франция (с. 188–189). Левит отмечает, что Парижский протокол от 28 октября подлежал ратификации парламентами государств, подписавших его, и только после этого он считался вступившим в силу. Однако Япония Парижский протокол не ратифицировала и, следовательно, он не вступил в силу (с. 190).

Подписание Парижского (Бессарабского) протокола вызвало протест РСФСР и УССР. В ноте, направленной ими Великобритании, Франции, Италии и Румынии, они заявили о том, что «они не могут признать имеющим какую-либо силу соглашение, касающееся Бессарабии, состоявшееся без их участия, и что они никоим образом не считают себя связанными договором, заключенным по этому предмету другими правительствами» (с. 190).

К сожалению, в монографии отсутствует заключение, и нет выводов, вытекающих из анализа всей этой весьма сложной проблемы в целом. Сомнительным, на мой взгляд, кажется утверждение, цитируемое Левитом, американского исследователя Ш.Д. Спектора о том, что «территориальному своему увеличению Румыния обязана в одинаковой мере Ленину, а также французам и американцам» (с. 191). Напротив, на протяжении всего межвоенного периода советское правительство не признавало захват Румынией Бессарабии. Вероятно, а это можно лишь предположить, американский ученый считает, что, если бы не приход большевиков к власти в России, то по итогам Первой мировой войны Бессарабия осталась бы в составе российского государства. Однако история не знает сослагательного наклонения. Да и содержание самой работы Левита опровергает этот вывод, так как автор показывает, какие огромные усилия прилагало советское правительство для сохранения Бессарабии в составе России. В работе И.Э. Левит не приводит ни одного факта или документа, свидетельствующего о согласии Советской России на

113


 

передачу Бессарабии в состав Румынии. Однако неблагоприятные международные условия, объединенные усилия западных держав и Румынии позволили решить бессарабский вопрос на данном этапе в пользу Румынии.

© 2015 г. Т.А. Покивайлова

114


 

Rate: 
10
Average: 10 (1 vote)

Comments

absurdman's picture
absurdman's picture